6b18a24b

Кирпичев Вадим - Трудно Быть Рэбой


ВАДИМ КИРПИЧЕВ.
ТРУДНО БЫТЬ РЭБОЙ
"Трудно быть Рэбой" - это продолжение романа братьев Стругацких
"Трудно быть богом". Написана повесть в рамках проекта "Время учеников".
Данный текст повести является ее журнальным вариантом. Полностью повесть
опубликована в книге: Вадим Кирпичев "Враг по разуму", Москва, 2000.
Будем как боги, рекли они и достали мечи зоряные, и принялись убивать
за други своя. Тогда не стало ночи, как не было края тому душегубству, а
звезды дневные спустились к безумным и запутались в волосах их. Когда же
стали они как боги и не было сил убивать, так открылась четвертая печать,
сомкнулись круги времени с кровавым светом, заполыхавшим на западе, черная
стена поднялась до небес с востока, и никто не мог одолеть той стены. Тогда
люди-боги сами вошли в черную стену, и не сыскать было с той поры их следов
вовек.
***
"Он утащил за собой в преисподнюю больше, чем страну. Он умудрился
спереть Будущее".
Из сатирической эпитафии Цурэна "На могилу сиятельного вора Рэбы"
Глава 1
Привычно и умело скрывая за деланным испугом торжество, дон Рэба
любовался благородной, но изрядно побитой физиономией Руматы Эсторского.
Пожалуй, перестарались солдатики. Но надо отдать должное Румате, отведенную
ему роль он сыграл с исключительным и только ему присущим достоинством.
Браво! Вот только не понял он ничего и, главное,совершенно не понял, какие
силы ему противостоят. Что и требовалось узнать. Теперь остается лишь
грамотно выйти из смертельно опасного разговора. Каким образом? Неизвестно
почему, но при контактах с Мечтателями черти раздирали епископа пускать в
ход самые примитивные трюки.
Сладко улыбнувшись, дон Рэба утерся платочком (спасибо великому
прогрессору Румате), на миг задумался и оставил платочек в руке. Безделица,
казалось бы, тряпица, ерунда, а на самом деле совершенно незаменимая для
министра вещь, особенно если он собрался предложить умнику или книгочею
помочь властям.
Дон Рэба разливался о своих идеалах, о возможной работе плечом к плечу
с Руматой, а платочек держал наготове. Книгочеи и их приспешники - люди, без
сомнения, образованные, можно сказать, светочи мысли, друзья мудрости, но
стоит им услышать о сотрудничестве с властью -куда что девается: они
начинают себя вести подобно взбесившемуся двугорбому зверю из диких пустынь.
Румата оказался человеком со вкусом.
- Там посмотрим, -только и сказал он, но в удовольствии презрительно
скривить губы и всем видом показать "тоже мне сотрудничек выискался" себе не
отказал.
Примитивная ловушка захлопнулась. Руматовская гордыня вцепилась в
возможность красиво уйти, как нищий в золотую монету. Дубовая, стянутая
двумя медными полосами дверь грохнула и, как пробка бутылку, навеки
закупорила для ушедшего молодца смысл и результат состоявшегося поединка, в
котором каждый пытался заглянуть под маску противника.
Из-за деревянной панели послышался легкий стук, после чего стена
медленно поползла в сторону. В темном провале за спиной министра показалась
фигура в черном.
- Я насчет адова посланца, господин первый министр.
Голос был совершенно без интонаций. Мертвый голос.
Приятная улыбка соскользнула с губ дона Рэбы.
- Ответа надо ждать, мерзавец! Да я велю все жилы вытянуть, все кости
переломать, клянусь Святым Микой! Вон!
Стена бесшумно вернулась на место. Всесильный министр Арканара ухватил
арбалетную стрелу, почесал себя за воротником и принялся расхаживать из угла
в угол, обдумывая ситуацию.
Кого ему напомнил Румата? И какое это имеет


Назад