6b18a24b

Клепов Василий - Четверо Из России 2


ВАСИЛИЙ СТЕПАНОВИЧ КЛЕПОВ
ЧЕТВЕРО ИЗ РОССИИ
ЧЕТВЕРО ИЗ РОССИИ – 2
Эту историю я рассказывал еще в 1945 году своему сыну Всеволоду. Но сейчас его нет, и он никогда уже не сможет прочитать книгу, которую так ждал. Теперь с повестью ознакомятся тысячи мальчиков и девочек, таких же смелых, честных и отважных, каким был он. Светлой памяти сына посвящаю эту повесть.
– Не узнаете?
Высокий парень ростом под самую притолоку стоял в дверях и широко улыбался мне, как старому знакомому:
– Я – Молокоед. Помните?
Откровенно говоря, я давно перестал думать о Васе. Шустрый чернявый мальчишка с озорными карими глазами встретился на моем пути и исчез. Я знал, что его книга имела неожиданный успех и была дважды издана в Свердловске и раз в Москве. Знал и то, что Вася был теперь геологом. Впрочем, об этом можно было догадаться, увидев загорелое лицо и рюкзак.
Мы поговорили, и Вася спросил: – Вы знаете, что у меня в сумке? Он передал мне рукопись и высыпал на стол ворох писем. Все они были адресованы Васе Молокоедову. Я вытащил из первого попавшегося конверта письмо и прочитал:
«Дорогой товарищ Молокоедов! Мы отдыхаем в лагере имени Гайдара в Новосибирске. По вечерам собираемся в палате и читаем книги. И вот мы начали читать „Тайну Золотой Долины“. Книга захватила нас целиком. Мы прочитали ее за два вечера. Вот это здорово! Ну и приключения достались на вашу долю! Нам тоже хотелось бы быть такими же решительными, смелыми, сообразительными, как вы, Дубленая Кожа, Федор Большое Ухо и Белка.
Очень интересно узнать, чем вы занимаетесь сейчас? Где ваши друзья? Встречаетесь ли вы? А где Рыжая Белка? Что случилось со стариком и Белотеловым?
Вы нам обязательно ответьте на письмо, мы будем ждать. А то, что девчонки плаксы, – неправда. Мы очень много бегаем, прыгаем, играем в казаковразбойников. Приезжайте в лагерь. В лагере у нас 500 человек. Всем будет весело послушать про ваши приключения.
До свидания, ждем вас в гости!
Наш. адрес: Новосибирск, Барышево, пионерлагерь имени Гайдара, девятый отряд».
По мере того как я перечитывал письма, передо мной вставали все эти мальчики и девочки, которым очень нравились приключения Молокоедова и его друзей в Золотой Долине. Одни писали, что «играют в Молокоеда», другие спрашивали, как стать геологом, третьи просили совета: учиться ли дальше или, закончив десятый класс, идти в жизнь…
– Ты, надеюсь, ответил им?
– Где же всем ответишь! – Вася обвел глазами всю эту кучу писем, фотографий и поздравительных открыток. – Ведь тут их около тысячи. Но ответить както надо. Хорошо бы издать, а?
Я прочитал рукопись. Чувствовалось, что писал ее уже повзрослевший человек, хотя коегде и проглядывала прежняя ребячливость. Судя по эпиграфам, которые Вася старательно предпосылает каждой главе, он все еще остается горячим поклонником Джека Лондона и Фенимора Купера. Только один эпиграф показался мне неудачным – насчет страшных Соломоновых островов. Но, подумав, я решил оставить его: слова о том, что есть места и похуже Соломоновых островов, как нельзя больше подходили для определения фашистской Германии.
В. Клепов
ПЯТКАМИ НАПЕРЕД
– Почему у тебя вечно двойка по немецкому? – спросила Аннушка.
– Потому, – сказал я, – что фашистский язык изучать не буду.
– Язык врага надо знать, – опять говорит она.
– А зачем мне его знать, – отрезал я. – Мы с фашистами разговаривать не собираемся. Мы их будем бить!
Мне невольно вспомнился этот разговор из «Тайны Золотой Долины». Каким же дураком я был! «Мы их будем бить!» Били, били фашис


Назад