6b18a24b

Клименко Михаил - Как Николай К Дяде Коле В Деревню Ездил



Михаил Клименко
Как Николай к дяде Коле в деревню ездил
Согласно воспоминаниям дело было так.
Между прочим, жаль, конечно, что никаких научных протоколов не
осталось. Да и кто бы их тогда, в той передряге, вел!.. А то бы можно было
помараковать, посчитать, где-то и строгому анализу подвергнуть имевшие
место факты, от которых, как ни крути, не отвертеться. Ибо было. Вот были
бы протоколы, и умом можно бы пораскинуть, там, глядишь, и до самой сути
этого природного явления удалось бы докопаться. А может, и до самого
механизма. Как ни досадно, но, в общем, ни документов, ни настоящих
свидетелей. Одни участники. Лица, как известно, заинтересованные. Хорошо,
что еще они начисто все не забыли, а то бы поминай: что да как, да был ли,
как говорится, мальчик.
Был... Но все по порядку, месяц за месяцем, год за годом.
Когда Николай Горобылин вскрикнул на кухне, его жена Алевтина сразу
бросилась к нему на призывный крик. Хлоп мыло в корыто - и к нему: уж не
опять ли что подобное?
- Вот опять... - лицом еще пуще светлея, озадаченно проговорил Николай.
Он стоял подле стола, держась за спинку стула. А на столе лежал южный
фрукт - здоровенный гранат.
- Ох, ну и беда!.. Опять, что ли, ничего не видел, как он тут оказался?
Рассказывай!.. - как липучка пристала к мужу Алевтина, а сама слушать
боится, но все же больше страха интересно ей, что да как, может, на этот
раз понятно все станет.
- Ну что я могу рассказать?.. - все-таки кое-как улыбаясь, начал
Николай описывать очередной курьез-казус. - Сел я есть. Сама знаешь. Ну
плюс ко всему луковицу взял. Только хотел ее раскожурить да разрезать, за
ножом обернулся. Повернулся обратно - гляжу: вместо луковицы вот этот
гранат лежит...
- Коля, Коля, хватит, хватит! - на этот раз что-то сильно запужалась
молодая жена. - Никакое это не чудо и сколько можно! Чем, скажи,
расплачиваться в конце концов будем? С кем? Кто это тычет нам - счету нет!
- Да-а-а... - сказал Николай и как ватный сел на стул. - Раз так
поначалу везет, значит, крепко не повезет в дальнейшем.
- "Везет"!.. Квартиру надо менять! - постановила Алевтина. - Вот и
отвяжемся так.
- Суеверная ты, Алевтина, - сказал Николай. - Разве дело в квартире!
Возник пылкий разговор. Изрядно волнуясь, Николай Павлович гранат
раскожурил, и они, беседуя за столом и теряясь в догадках, по бубке его
съели. Он был настоящий.
- Не надо было его есть, - ложась спать, сказала жена мужу. - К чему
съели-то?.. - Но было уже поздно.
И они совершили обмен квартиры.
Они переехали на другую улицу. Очень далеко уехали, на край города. В
большой крестовый дом с садом и приусадебными строениями. Подальше от
греха. Потому что еще до граната в их семье то днем, то ночью изредка
происходили, как выражалась Алевтина, "извороты той же масти", или, говоря
словами самого Николая, "аналогичные случаи".
А началось все осенью. Еще в прошлом году. Николай как-то в воскресенье
собрался в лес за грибами или за ягодами (он давно хотел побольше нарвать
крушины). И Алевтина засобиралась: "Я с тобой!" А он ей наотрез: "Нет, нет
и нет!" Смазал черным кремом свои "лесные" сапожки, надел белую фуражку с
околышем и айда в дремучие леса!.. Поехал, значит, он в лес с корзинкой и
во всем стареньком. А поздно вечером вернулся с электрички во всем новом.
Все старомодное, зато как с иголочки. Вроде бы тот же самый, серый, но
теперь совсем новенький коверкотовый пиджак. Бостоновые со стрелками
брюки. Приехал сильно уставший, при парчовом галстуке, в лакиро



Назад